Над ТАПИ сгущаются тучи

20.11.2026, 08:31

Туркменистан достраивает свой участок газопровода и готовится подать газ в Афганистан. Но чем ближе труба к Герату, тем отчетливее видно, что всерьез этим проектом не занимается никто, кроме Ашхабада. Партнеры вежливо говорят о приверженности и в то же время присматриваются к альтернативам.

 

17 ноября 2026 года в Исламабаде прошло шестое заседание туркмено-пакистанской межправительственной комиссии. Стороны договорились созвать руководящий комитет проекта магистрального газопровода Туркменистан — Афганистан — Пакистан — Индия (ТАПИ), чтобы обсудить технические и коммерческие вопросы. Для Ашхабада это хорошая новость, но в тот же день в Пакистане объявили о соглашении, которое ставит под вопрос смысл этих переговоров.

 

Двойник ТАПИ

 

Пакистанская государственная компания Inter State Gas Systems (ISGS) и саудовская Delta Energy Saudi подписали рамочное соглашение об оценке инвестиций примерно на 30 млрд долларов в газовую инфраструктуру Пакистана. Об этом сообщило агентство Reuters. Речь идет о газопроводе, который войдет в страну через западную границу и пойдет к порту Гвадар, где планируется устройство терминалов СПГ. Рассматривается и ветка от Чамана на афганской границе через весь Пакистан к пункту Фазилка на индийской границе.

 


Иллюстрация издания The Middle East Observer

 

Фазилка — конечная точка ТАПИ. Маршрут Delta Energy Saudi почти полностью совпадает с трассой туркменского проекта. В сентябре та же компания договорилась с талибами о разведке нефти и газа в контрактной зоне Кушк-Тирпуль в провинциях Герат и Бадгис и об изучении 700-километрового газопровода от Гузары под Гератом до Спин-Болдака в Кандагаре. Это тот самый коридор, по которому должен пройти ТАПИ.

 

Delta подчеркивает, что ее программа не связана с ТАПИ и не зависит от Туркменистана. Источником газа компания называет афганскую концессию Кушк и другие афганские ресурсы. Подобное заявление звучит как вызов Ашхабаду, но отнестись к нему стоит трезво.

 

Во-первых, своего газа у Delta нет. По оценке Геологической службы США (USGS) 2009 года, неразведанные ресурсы газа только в оценочной зоне Тирпуль составляют в среднем около 1,3 млрд кубометров. Причем речь идет о ресурсах, которые еще только предстоит найти. Для сравнения: ТАПИ рассчитан на транспортировку 33 млрд кубометров газа в год. Этих запасов хватило бы ТАПИ на две недели работы — на них систему за 30 млрд долларов не построишь.

 

Во-вторых, Delta и Исламабад описывают один и тот же проект по-разному. В официальном пакистанском сообщении о сделке, распространенном при участии Специального совета по содействию инвестициям (SIFC), газопровод описан как идущий из Туркменистана через Афганистан.

 

В-третьих, у Delta давняя туркменская история. В 1990-е годы компания, выступавшая тогда как Delta Oil Company, владела 15% в консорциуме CentGas, который вместе с американской Unocal собирался тянуть трубу с туркменского месторождения Довлетабад до Мултана в Пакистане. Тот проект, предшественник ТАПИ, фактически рухнул после выхода Unocal из консорциума в декабре 1998 года. Новый проект Delta снова называется CentGas, а вице-премьер правительства талибов Абдул Гани Барадар в этом году говорил об интересе компании к закупкам туркменского газа и расширению месторождения Галкыныш.

 

Получается, что реального газа, кроме туркменского, на этом маршруте нет. Вопрос в том, кто будет контролировать трубу и на чьих условиях. В ТАПИ Туркменистан — главный акционер и поставщик. В схеме Delta он может оказаться просто продавцом на афганской границе, цену которому диктует покупатель.

 

Пакистан: приверженность с условиями

 

Официально Исламабад от ТАПИ не отказывается. В октябре на конференции «Нефть и газ Туркменистана — 2026» посол Пакистана Фарьял Легхари заявила, что страна привержена проекту. Однако она сразу назвала условия: коммерческая устойчивость, финансовая жизнеспособность и гарантированная долгосрочная доступность газа. Признала она и то, что проект серьезно задерживается.

 

На дипломатическом языке это означает, что Пакистан не готов брать на себя обязательства, пока за него не решены вопросы цены, денег и безопасности. Еще в октябре 2025 года генеральный директор TAPI Pipeline Company Limited Мухаммедмурад Аманов уверял, что переговоры с Пакистаном по ключевым коммерческим соглашениям завершены более чем на 90%. Год спустя Исламабад так и не назвал сроков по своему участку. Разногласия по цене газа и точкам поставки, а также ситуация с безопасностью в Афганистане тормозят ТАПИ годами. С февраля 2026 года к этому добавился открытый вооруженный конфликт между Пакистаном и талибами: Исламабад объявил Кабулу «открытую войну» и нанес удары по афганской столице. Прочного перемирия между двумя транзитными странами ТАПИ нет до сих пор.

 


Иллюстрация издания The Times of India

 

Есть и более глубокая причина пакистанской сдержанности. Страна в последние годы столкнулась с избытком импортного газа: снижалось потребление в энергетике, в том числе из-за бума солнечных панелей, и Исламабаду приходилось переносить и отменять контрактные поставки СПГ из Катара и от итальянской ENI. Покупателю, который отказывается от уже законтрактованного газа, трудно обещать еще 14 млрд кубометров в год по долгосрочному контракту. Война вокруг Ирана, закрытие Ормузского пролива и перебои с катарскими поставками в этом году показали обратную сторону зависимости от СПГ, но к решению по ТАПИ это пока не привело.

 

На этом фоне соглашение с Delta выглядит как подстраховка. Его подписала та же ISGS, которая отвечает за пакистанский участок ТАПИ. Сделка ни к чему не обязывает, но дает Исламабаду альтернативу и аргумент на переговорах с Ашхабадом о цене и финансировании. Показательно, что и ТАПИ, и проект Delta должны пересечь пакистано-афганскую границу в районе Спин-Болдака и Чамана — там, где пакистанские военные и талибы уже не раз вступали в бои. Так что вопрос безопасности для «двойника» стоит ничуть не менее остро, чем для оригинала.

 

Индия молчит, талибы торгуются

 

Если Пакистан говорит о ТАПИ с оговорками, то Индия не говорит о нем вовсе. Нью-Дели уже несколько лет хранит молчание о перспективах проекта. Индийская GAIL формально остается акционером TAPI Pipeline Company, но ни ее представителей, ни даже сотрудников посольства Индии не было среди участников октябрьской конференции в Ашхабаде.

 

Официально из проекта никто не выходил, однако признаков реального участия Индии нет. Между тем она должна была получать столько же газа, сколько Пакистан, и без нее экономика проекта не сходится.

 

Активнее всех после Туркменистана ведут себя талибы, но их интерес понятен: транзитные платежи, около 5 млрд кубометров газа в год для себя и международное признание через крупные проекты. При этом те же власти в Кабуле, которые торжественно встречают каждый новый километр ТАПИ, в сентябре подписали с Delta соглашение о параллельном газопроводе по тому же маршруту. Для них важно, чтобы труба прошла через Афганистан, а под чьим флагом — второстепенно.

 


Министр иностранных дел Туркменистана Рашид Мередов и заместитель премьер-министра Афганистана по экономическим вопросам Мулла Абдул Гани Барадар. Герат, 1 февраля 2026 года.

 

Туркменистан строит в одиночку

 

Сам Туркменистан проект не бросает. По данным «Туркменгаза» и афганской стороны, на участке от границы до Герата уложено около 80% трубы, засыпка и гидроиспытания продолжаются. М. Аманов говорил, что подача газа начнется в конце 2026-го или в начале 2027 года. Однако строительство ТАПИ стартовало в декабре 2015 года, а завершить весь газопровод собирались к концу 2019-го. Строительство участка Серхетабат — Герат торжественно начали в феврале 2018 года, но реальные работы на афганской территории развернулись лишь в сентябре 2024-го. И вот спустя почти одиннадцать лет после старта проекта близок к завершению лишь первый отрезок до Герата. Выдавать это за некий успех, конечно, можно, но с очень большими оговорками.

 

Итог неутешителен. Ашхабад вкладывает в проект деньги, сталь и бетон — партнеры вкладывают дипломатические формулировки. С Туркменистаном все разговаривают учтиво, руководящие комитеты созываются, протоколы подписываются. Однако когда речь заходит о реальных решениях — о деньгах, цене и маршруте, — Пакистан, талибы и частные инвесторы все чаще строят планы, в которых Туркменистан либо не является главным участником, либо не упоминается вовсе.

 

Повторим, пока от ТАПИ никто не отказался. И главная угроза для Ашхабада сегодня не в том, что Delta планирует свою трубу, — газа для нее все равно нет. Угроза в том, что ее проект дает Исламабаду и Кабулу рычаг давления на Туркменистан в торге о цене и условиях. Если в ближайшие месяцы руководящий комитет не перейдет от заявлений к цене и финансированию пакистанского участка, туркменский газ рискует дойти до Герата и там остановиться. А дальше по проложенному пути пойдут другие.

Источник: Gundogar

Публикации по теме

Новые публикации

Важные публикации